Лоу выпрямился и обратился к своему начальнику:
- Он хочет иметь фальшивую память о путешествии, которое совершил на самом деле. И фальшивое обоснование, которое является настоящим. Под воздействием наркидрина он говорит правду и отчетливо помнит все подробности. Очевидно, в правительственной военной лаборатории стерли сознательную память о действительных событиях. Сохранились только смутные ассоциации; Марс и деятельность шпиона связываются для него с чем-то значительным. Этого они стереть не смогли; это не воспоминание, а присущее ему желание, из которого, безусловно он и вызвался на выполнение задания.
- Что нам делать? - спросил другой техник, Килер. - Наложить фальшивую память на настоящую? Трудно предсказать результат; что-то останется, и путаница сведет его с ума. Ему придется жить с двумя противоположными воспоминаниями одновременно: что он был на Марсе и что не был. Что он действительно агент Интерплана и что это нами имплантированная фальшивка... Дело очень щекотливое.
- Согласен, - сказал Макклейн. Ему в голову пришла мысль. - Что он запомнит, выйдя из-под наркоза?
- Теперь, вероятно, у него останутся смутные отрывочные воспоминания о настоящей поездке, - ответил Лоу. - И скорее всего, он будет сильно сомневаться в их реальности; решит, что это наша ошибка. Ведь он запомнит свой визит - если, конечно, вы не прикажете это стереть.
- Чем меньше мы будем с ним что-то делать, тем лучше, - заявил Макклейн. - И так нам чертовски не повезло - нарваться на агента Интерплана и разбить его легенду! Причем такую хорошую, что он сам не знает, кто он такой... Вернем ему половину платы.
- Половину? Почему половину?
- На мой взгляд, это неплохой компромисс, - грустно улыбнулся Макклейн.
Сидя в такси, которое несло его домой в жилой район Чикаго, Дуглас Куэйл блаженно улыбался. Как приятно вернуться на Землю!
Месячное пребывание на Марсе уже начало тускнеть в его памяти. Остались лишь картины зияющих кратеров, изломанных скал и самого движения. Мир пыли, где мало что происходит, где значительную часть дня надо проводить за проверкой и перепроверкой портативного кислородного питания. И скудные проявления жизни - невзрачные серо-бурые кактусы и пузырчатые черви.